Дом на краю света книга читать

В кратком предисловии к нью-йоркскому изданию Каннингем пишет, что работал над ней шесть лет и в дом на краю света книга читать слишком комфортабельных условиях.

В году, когда книга вышла в свет, ее автору исполнилось тридцать семь. Все вывески и таблички, среди которых — несмотря на беды и неурядицы — мы как-то устроились обжились, вдруг разом выцвели и отлетели. Прежние объяснения уже ничего не объясняют.

дом на краю света книга читать

Во всяком случае, так представляется Каннингему. Такое отсутствие определенности задает особый пульсирующий ритм всей книге. Каннингему — и в этом, по-моему, один из секретов его художественного обаяния — стыдно утверждать, что он что-то знает, гораздо более стыдно, чем признаться в незнании.

Это роднит автора с дом на краю света книга читать персонажами, которые тоже не спешат делиться друг с другом своими самыми важными догадками. Отвечая на неминуемый вопрос об автобиографичности романа, касающегося таких больных тем, как взаимоотношения внутри семьи и между поколениями, однополая любовь, наркотики, СПИД, старение и одиночество, Каннингем в уже цитированном интервью предостерегает против, прямых переносов и отождествлений.

Ни о чем не спрашивайте. Мне было пять лет. Просто в один прекрасный день он приехал на нем домой, причем с таким небрежным видом, словно купил не автомобиль, а дом на краю света книга читать мороженого. Вообразите удивление матери, которая аптечные резинки и те хранила про запас на дверных ручках; мыла и вывешивала дом на краю света книга читать на веревочке полиэтиленовые пакеты, болтавшиеся потом на солнце, как ручные медузы.

Впрочем, уже при подъезде к дому его маниакальный энтузиазм заметно слабеет. Автомобиль — уже обуза. Застывшая улыбка, с которой он сворачивает к гаражу, идеально гармонирует с акульим оскалом радиаторной решетки. Разумеется, машину придется продать. Мать к ней даже не подойдет. Нас с моим старшим братом Карлтоном один раз прокатят. Карлтон — в восторге. Если отец может купить машину на улице, чего еще от него ждать? Кем делает его этот поступок? Он везет нас за город. Придорожные стоянки завалены яблоками.

На фермерских участках желтеют тыквы. Карлтон в диком возбуждении все время вскакивает на ноги, и его приходится тянуть. На Карлтоне ковбойский ремень с заклепками. Отец хватает его с одного боку, я — с другого. Я делаю полезное дело: Мы проезжаем большую ферму, застывшую, как корабль на приколе, в волнах пшеницы. Белая крыша призрачно светится в вечерней дымке. Все мы, даже Карлтон, невольно замолкаем.

В этом месте как будто есть что-то родное. Коровыжуют траву, деревья отбрасывают длинные тени. Мы — фермеры, говорю я себе, и вместе с тем нам по карману кабриолет! На свете нет ничего невозможного! Когда вечером я еду на машине, мне кажется, что луна плывет дом на краю света книга читать. Но ни Карлтон, ни отец ни о чем меня не спрашивают.

Мы рассекаем живую тишину. Уверен, что в этот момент всем нам грезится одно и то. Я запрокидываю голову, чтобы убедиться, что белый шар луны и вправду скользит за нами по бледно-сизому небу. Но вот Карлтон снова вскакивает и что-то кричит, подставив лицо бешеному напору встречного ветра, а мы с отцом тянем его назад, на сиденье этой огромной машины, туда, где ему ничто не угрожает.

дом на краю света книга читать

В сумерках мы собрались на темнеющем гольфовом поле. В воздухе пахнет свежескошенной травой, и в сгущающейся мгле тускло поблескивают песчаные ловушки. Я еду на плечах у отца — одновременно всадник и пленник его огромности. Голыми ногами я, вздрагивая от щекотки, прижимаюсь к его колючим, как наждачная бумага, щекам, а руками держу его за уши — большие, мягкие раковины, усеянные мелкими волосками.

дом на краю света книга читать

В полумраке мамины красные губы и покрытые лаком ногти кажутся черными. Мы раскладываем свои алюминиевые шезлонги на второй травяной дорожке.

дом на краю света книга читать

Народу по случаю праздника видимо-невидимо. Там и сям над переносными жаровнями поднимаются струйки пахучего дыма. Я забираюсь к отцу на колени, и мне разрешают хлебнуть пива. Мать обмахивается воскресным юмористическим журналом. В сиреневом воздухе над нами кружатся комары.

И, поставив точку, он понял, Что теперь у него есть гора. И воздух, которым можно дышать, И собственная дорога. Он выстроил пространство, в котором Все было на своих местах: И слова, и сосны, и облака, И совершенная даль, прощающая несовершенство.

Книга обложкой вверх пылилась у него на столе — И, вечно ошибающийся, он безошибочно вышел. К скале, повисшей над морем, Дом на краю света книга читать, вскарабкавшись на нее, лег. С изумлением чувствуя, что он дома, У себя дома. Книга обложкой вверх пылилась у него на столе — И, вечно ошибающийся, он безошибочно вышел К скале, дом на краю света книга читать над морем, И, вскарабкавшись на нее, лег, С изумлением чувствуя, что он дома, У себя дома.

Джонатан В сумерках мы собрались на темнеющем гольфовом поле.

дом на краю света книга читать